НПН / Into АТО / «Зайдешь в соцсети, а там Россия уже не враг»: эксклюзивное интервью с вдовой погибшего героя

«Зайдешь в соцсети, а там Россия уже не враг»: эксклюзивное интервью с вдовой погибшего героя

29 января 2017 года Украину оглушила новость. Во время штурма Авдеевки со стороны сепаратистов с применением тяжелой артиллерии погибли украинские военные – капитан Андрей Кизило, солдат Дмитрий Оверченко, младший сержант Владимир Бальченко, сержант Владимир Крижанский, Олег Борец, Виталий Шамрай и Ярослав Павлюк. Это было впервые после долгого относительного спокойствия на фронте, когда Украина теряла так много своих воинов.

Замкомбата 1-го батальона 72-й отдельной механизированной бригады Андрею Кизило с позывным «Орел» было всего 23 года. У него остались 8-месячный сын Артем и супруга Оксана. Посмертно ему было присвоено звание майора, звание Героя Украины, названа в его честь улица в столице и переименована улица в Умани, где он родился. Он навечно зачислен в списки 1-й учебной роты лицеистов Киевского военного лицея имени Ивана Богуна, которое окончил в 2010-м. Каждое утро на утренней поверке называют его имя и вспоминают минутой молчания.

Супруга Андрея Оксана Кизило рассказала OBOZREVATEL, как сложилась жизнь ее и сына за эти годы, как Андрей охраняет их после смерти, какие у нее претензии к президентам Порошенко и Зеленскому, в каком случае она готова уехать из страны, на что тратит деньги, которые до сих пор шлют люди на ее счет, почему не любит бывать на встречах, которые организовывают с семьями погибших, почему кто-то ей завидует.

Встретили вместе Рождество

Ксюша видела мужа за 10 дней до гибели. Ему, неожиданно для нее, дали длительный отпуск – целых 20 дней. Для семьи военнослужащего, который находился в зоне боевых действий, это огромный срок. Оксана и Андрей поженились в июле 2014 года, когда он после окончания Академии сухопутных войск во Львове был направлен в зону АТО вместе с 72-й бригадой, куда был зачислен после Академии. На свадьбу его отпустили ненадолго. Виделись мало.

«Когда он сказал, что на Рождество будет дома, я очень удивилась. Ведь буквально в декабре он приезжал в отпуск. 2016 год вообще был для нас счастливым. Андрей проходил учения на Яворовском полигоне (30 км от Львова), и целое лето до августа он был со мной. В июне родился наш Артем», – вспоминает Оксана.

На полигоне Андрей получил ранение в руку, порвал сухожилие на пальце. Нужна была операция. А в октябре Кизило должен был уезжать с бригадой в Авдеевку, но из-за того, что рука в гипсе, его направили руководителем группы в Боснию и Герцеговину. В Авдеевке он встретил Новый год. А 2 января направился во Львов, куда приехали из Белой Церкви (место основной дислокации 72-й бригады. – Авт.) и супруга с сыном.

Это было первое и единственное их семейное Рождество, когда их маленькая семья собралась вместе.

«Мы тогда много ездили – Львов, Киев, Умань, Белая Церковь. Андрей успел повидаться даже с теми, кого давно не видел – родственниками, друзьями, сослуживцами, товарищами по учебе. Я еще смеялась: «Андрюха, ты прокатаешь все деньги, которые мы складываем на квартиру». Ездили мы на «Форде», который подарили волонтеры», — вспоминает Ксюша.

Рождество было счастливым и одновременно тревожным. «Андрей много говорил о войне. Мы смотрели фильмы – о Второй мировой, Сталине, Гитлере. Но особенно запомнился американский фильм, где девушка счастлива с мужем, ему нужно на войну. Она плачет, не пускает. Он все-таки уходит. А потом она получает сообщение: «Ваш муж погиб». Я просто не могла найти себе места, плакала, говорю: «Андрей, ну зачем ты мне это показываешь?» А он так серьезно: «Малая, нужно быть готовым ко всему. Это война», – едва сдерживает слезы Оксана.

У них получилось почти так же. «Когда мужу пришло время возвращаться в Авдеевку, я держала его, не могла отпустить, умоляла: «Ну не едь, не едь, любимый. Скажи, что ты ранен, нужна операция. Не знаю, что со мной случилось», – плачет Оксана.

Хотя сам Андрей говорил ей, что это не ранение, а несчастный случай. «Он вообще об опасностях говорил с юмором, специально для меня были приготовлены «сказки». Меня до сих пор не покидает ощущение, что и в отпуск он тогда приезжал, зная, что впереди готовится операция, в которой он может погибнуть», – говорит Оксана.

Официально батальон Кизило отбивал атаки сепаратистов во время ожесточенных боев. Под шквальным огнем, в 20-градусный мороз бойцы 72-й ОМБр взяли позицию «Алмаз», выбив оттуда боевиков.

Узнала последней

У Оксаны и Андрея была привычка – обязательно созваниваться утром и вечером, или, в крайнем случае, писать SMS: «Все в порядке». «Мы с ним накануне вечером разговаривали. Он был какой-то очень серьезный. Спросил про Тему. Попрощались, сказал, что утром будет занят, напишет SMS. Обычно он отправлял его в 7:30. А я ночью плохо спала. Проснулась в 6:00 утра от стука в окно. Это было странно – рядом нет деревьев, то есть не ветка. Значит, птица? Но спать я уже не могла», – вспоминает Оксана.

День прошел обычно: ребенок, прогулки, кухня, стирка. «SMS так и не было. И дозвониться не могла: «Ваш абонент вне зоны». Поразительно – весь день у меня не было никакой тревоги. Хотя я звонила всем, кто мог бы знать, что с Андреем. Мне звонили. Но никто ничего не сказал. Никто не смог взять на себя ответственность. Узнала уже вечером, что утром Андрея не стало. Пришли домой из части и сообщили», – вспоминает Оксана.

Андрей и еще трое его сослуживцев были убиты в 8:00 утра осколками от мины, залетевшей в окоп. «Когда началась атака, Андрей поднялся и сказал: «Ну все, я пошел». За ним пошли остальные. Ребята отбили атаку. Заняли окопы врага и даже взяли троих пленных. Но сепаратисты опять пошли в атаку. В окоп, где находились Андрей с ребятами, прилетела мина. Андрей всегда ходил в каске и бронежилете и требовал этого же от других. Но здесь ни каска, ни «броник» не помогли…» – рассказывает пресс-секретарь 72-й бригады Елена Мокренчук.

Похороны и скандал с волонтерами в Facebook

Какие-то моменты похорон у Оксаны вообще не отложились в памяти. В тот день ей постоянно кололи успокоительные.

«Я помню, что было какое-то недоразумение с одеждой – кто-то говорил, что нужно хоронить в камуфляже. Мне казалось, что офицер должен быть в парадной форме. Помню, как меня привели в морг – знакомая закрывала рукой глаза, чтобы я не смотрела по сторонам, где лежали убитые. Их было много. Открыла уже возле гроба Андрея. А он – как живой», – плачет Оксана.

С Андреем Кизило и еще с шестью воинами прощались на Майдане 1 февраля. Пришли тысячи людей – ни до, ни после такого не было. Она об этом узнала уже позже, по фотографиям и статьям. А тогда как будто никого и не замечала. Держалась очень достойно – не причитала, не падала на гроб. «Я же жена офицера, Андрей бы этого не понял», – говорит она.

Она слабо помнит дорогу в Умань, где Андрея хоронили. Сейчас она считает, что напичкивать ее лекарствами не нужно было. «Человек должен сам пережить свое горе. Мне иногда говорят, ты не можешь отпустить Андрея, и это не дает ему покоя там. А для меня он жив, пока война на востоке, он как будто там. Не звонит – ну, значит, не может. Не вижу – но ведь и тогда я его видела не часто», – вспоминает Оксана.

А в Facebook разгорелся скандал. Военные и их друзья публиковали посты о помощи семье Кизило с карточкой Оксаны. Посты набирали десятки тысяч лайков и комментариев, тысячи перепостов. Однако нашлись комментаторы, бездоказательно обвинявшие авторов постов. Как оказалось, Оксана ничего не просила.

«Видит Бог, я никого ни о чем не просила. Это люди сами публиковали. Не знаю, где взяли номер моей карты. Я сама узнала об этом позже. И когда я прочитала весь этот негатив, мне стало очень неприятно. Мне прислали много денег. Но из них я не взяла ни копейки – передавала семьям других погибших, пересылала волонтерам, раненым, в церковь. Иногда у меня отказывались брать деньги в церкви, и тогда я сама закупала необходимое и передавала туда», – говорит Оксана.

Деньги, пенсия и квартира

От государства она получила 300 тыс. грн, столько же – родители Андрея. Кроме того, она получила однокомнатную квартиру во Львове. «О квартире сразу меня спрашивали из Минобороны. Был выбор – Киев, Умань или Львов. Но Киев и Умань для меня чужие. А Львов родной. Я ведь львовянка», – объясняет Оксана.

Кроме того, ежемесячно Оксана и Артем получают от государства по 3 тыс. грн – пенсию за потерю кормильца. А еще дважды она отдыхала в Испании. «Одну из поездок организовывал и помогал с билетами настоятель гарнизонного храма Св. апостолов Петра и Павла, отец Степан Сус. Сейчас его назначили епископом курии верховного архиепископа УГКЦ. Степан Сус был первым священником, который исповедовал Андрея. А на месте в Испании отдых оплачивали украинцы, которые там работают. Второй раз все организовывала украинская диаспора. В этом году ездили от Минобороны в Турцию», – говорит Оксана.

На месте гибели Андрея в Авдеевке

Иногда что-то передают волонтеры. И до сих пор на ее счет ежемесячно приходит помощь. Но некоторые люди очень болезненно реагируют на «блага», полученные за смерть мужа. «Что я только не пережила. Купила машину из полученных от государства денег – о, смотрите, она ездит за наш счет. А для меня это не роскошь, а реально средство передвижения – отвезти Артема в садик, съездить к родителям, в Умань. Съездили отдохнуть – о, смотрите, она из-за границ не выезжает за наши деньги. А за какие ваши? Это люди сами зарабатывают и сами решили помочь семьям погибших. Но я уже решила и не ездить, чтобы не слышать этого всего», – огорчена Оксана.

Случаи бывают вообще абсурдные – волонтеры привезли ребенку коляску известной фирмы, и даже это, как кость в горле у завистников. Хотя коляска была бэушной, кто-то отдал свою.

«Нас часто приглашают на встречи. Но я стараюсь уже и не ходить. Это все очень больно. Мне говорят: «Вы потеряли мужа, как я вас понимаю». Но как ты можешь понять, если ты сам далек от войны. Вспоминаешь о ней только в памятные даты. Да и в каждой семье погибшего свое горе. У каждого свои эмоции. Мне иногда говорили: «Ну теперь будешь жить, как все, посмотришь, как это». А у меня один ответ: «Дай Бог, что бы вы не пережили все то, что пережила я», – рассказывает Оксана.

«Что тебе плохого сделал Путин?»

Андрей Кизило – потомственный военный, родился в семье военнослужащего. Но встречается Оксана с родителями мужа крайне редко, на кладбище, в день памяти Андрея.

«Меня как-то сразу не очень восприняли в семье. Возможно, потому что я с Западной Украины. А одна из родственниц, у которой корни в России, когда Андрей попал на восток, ему говорила: «Ну что тебе плохого сделал Путин? За что ты его не любишь?» – рассказывает Оксана.

По ее словам, несмотря ни на что, она и Артем всегда будут приезжать в Умань, на могилу к Андрею, к родственникам. «И Артем с ними будет общаться. Ведь это родители Андрея. Я верю, что когда-то мы сблизимся. Мы очень любим дедушку Николая и бабушку Катю, тетю, дядю. Для нас с Артемом они всегда будут родными, дорогими. И не позволю, чтобы Артем не знал родных своего отца, это его семья», – переживает Оксана.

«Для них пиар, а для нас – жизнь»

Через два месяца после гибели Андрея Кизило президент Петр Порошенко вручил Оксане звезду Героя Украины. Как сообщала пресс-служба главы государства, он встретился с Оксаной на церемонии выпуска слушателей оперативно-стратегического и оперативно-тактического уровней подготовки Национального университета обороны Украины им. Ивана Черняховского.

Семье вручают звезду Героя Украины

«Сейчас, когда говоришь «Андрей Кизило», возможно, не все идентифицируют, кем является Андрей. А если скажешь, что он воевал под позывным «Орел», все четко вспоминают Авдеевку, те бои. Потому что он был настоящим военным орлом», – заявил Порошенко во время своей речи.

Оксане же тяжело дался тот день. «Прошло всего два месяца после гибели… Раны, боль… Все свежее, обнаженное. У нас горе. А тут – праздник, все веселые. Получили дипломы. Шутки. Смех. На минуту замолчали, пока мы с Артемом получали звезду. И опять шутки, смех», – вспоминает Оксана.

Она говорит, что ничего не имеет против тех ребят. «У них радость. У нас боль и горе. Видимо, те, кто организовывал это мероприятие, просчитались. Не учли, или не хотели учесть эти моменты. Это было больше на пиар похоже. На ненастоящее. А у нас жизнь настоящая», – переживает Оксана.

О том, что сейчас творится в стране, Оксана говорит с болью. «Я, честно, просто не понимаю. Зайдешь в соцсети – откуда-то опять взялись люди, которым Россия не враг, кто-то хочет сойти с пути евроинтеграции, в парламенте бардак сплошной. В зоне ООС оставляют территории. Я не понимаю, что это? Но если место, где погиб Андрей, по какой-то причине окажется не на территории Украины, я готова покинуть эту страну, несмотря на то, что за нее отдал жизнь мой муж», – срывается Оксана.

«У нас тоже могло быть так, если бы не война»

Артем, которому в этом году исполнится 4 года, сейчас ходит в детский сад. Растет очень развитым ребенком, с хорошей памятью, все ловит на лету. «Сначала отдала его в частный садик. Там два воспитателя на 8 детей, и они с них пылинки сдували. Дети прям почувствовали себя пупами земли. Тема стал делать то, чему я его не учила. И тогда отдала его в обычный садик. 20 детей, один воспитатель и няня. Пусть привыкает жить, как все, выживать, доказывать», – говорит Оксана.

Артем с портретом отца

Сама она после декрета вышла на работу – в Академию сухопутных войск, где когда-то учился Андрей Кизило.

«Я закончила вуз по специальности «Финансы и аудит». Работаю в отделе танковых войск. Пригласил сюда знакомый, тоже АТОшник, служил с Андреем. Я думала, что тут среди своих, где ничего объяснять не нужно, я буду себя легко чувствовать. Но нет. То увижу кого-то на плацу – вроде Андрей, его походка. Аж сердце екнет. А у военных у многих характерная походка. Или вечером ребята перед уходом звонят женам – что купить, куда зайти. А я вспоминаю – у нас так было и могло бы быть, если бы не война», – плачет Оксана.

Но не обошлось в этой истории и без мистики. В трудные минуты Андрей является Оксане и спасает ее от неприятностей или опасности.

«Я как-то собиралась в поездку. А перед машиной голубь. Он все время меня преследовал. А потом я попала в аварию, но пострадала не очень сильно. А как-то собиралась ехать с ребятами в Авдеевку, на место гибели Андрея, чтобы положить цветы к его памятнику. А он ко мне во сне пришел – то ли полуявь, то ли полусон были – приходит и так строго смотрит. Я не поехала, а потом узнала, что там погиб один знакомый. И таких случаев много. Я раньше, когда рассказывали, не верила во всю эту мистику, приметы. А тут со мной такое. Так что Андрей всегда рядом с нами. И нас оберегает», — говорит Оксана.

Из последнего интервью Андрея

Журналистка Евгения Цветанская записала небольшое интервью с Андреем Кизило накануне 2017 года, за месяц до обстрелов в Авдеевке. «У меня к вам очень важный разговор. Мне нужно, чтобы вы наконец-то перестали бегать, спокойно сели и выслушали меня. Как вы считаете, как можно поднять имидж и престиж украинского офицера? Чтобы в военное время именно они были элитой общества, как было когда-то. Вот у кого Катя Осадчая берет интервью? У элиты. Как сделать так, чтобы Катя Осадчая брала интервью у военных. Чтобы это стало элитно, чтобы все ждали этих выпусков», – говорит в нем Андрей.

Подписывайся на #НПН# в Telegram-канал https://t.me/npn_net_ua. Получай только самое важное!